Хроники начинающего боксера. Занятие №3

Эпиграф: Что я знаю о медицинболе? Медицина - это боль! Я и Ко Что я думаю Начало каждого упражнения знаменуется командой "бокс". Не знаю, является ли такой метод общим местом для всего тренерского цеха, но чувствую в подобном подходе что-то очень верное, важное и нужное. Хотя первые разы я невольно вздрагивал, проявляя себя, видимо, как существо трусливое. Спросить же об унификации этой команды наставника постоянно забываю. И почему, при таком раскладе, он не финиширует мои подходы командой "брейк" тоже не совсем ясно. Вместо этого произнося какое-то метафизическое "время". Кстати, по поводу его поломанного секундомера и безразмерной последней минуты. Сегодня учитель выдал фразу недели. Дело обстояло так. Я подыхаю на какой-то очередной лягушке. Пытаюсь, по его совету, думать о чем-то приятном. Но лягушка не превращается в принцессу, да и силы, так необходимые принцессам, таки покидают меня полностью. Скриплю зубами и жду заветную фразу "пошла последняя минута", после которой, когда-нибудь все это да и закончится. И вот, представьте себе, что минуты через три он повторяет этот приговор "пошла последняя минута". Странно, почему не разверзлись небеса? У Громовержца ведь была такая прекрасная цель! По совету RJ45, вскольз, как недалекий пациент, спросил у тренера про замеры пульса, то да се да прочее. На что мне даден был примерно следующий ответ: дескать, пульс у детей надо замерять, дабы определять их восстанавливаемость и прочий прогресс во время серьезных занятий. А, так как, я уже далеко не ребенок и тут на отдыхе прохлаждаюсь, то пульс мне совершенно не нужет. Что я мог возразить? Я - глина, он - гончар! Вот все, что я думаю. Что я помню Вообще, с памятью происходит что-то странное. Вот уже третье занятие я собираюсь запомнить хотя бы список и последовательность выполняемых упражнений. Но, после третьей (простите), второго (приятного аппетита), первого упражнения, воспоминания о прошлом как то начинают меркнуть пред ожиданием будущего. После же тренировки и душа, пытаться воссоздать перечень проделанной работы вообще никак не выходит (каменный цветок). Помню лишь так называемую чечетку, когда надо прыгать вокруг мячика, непременно касаясь его попеременными подошвами и делая руками какие-то восходяще-ниспадающие ножницы и неизвестно кому адресованные аплодисменты за спиной. Еще помню бой с тенью. Тень в зеркале довольно сильно напоминала меня. Думаю, нам поставили бы ничью. Хотя Си Джей Росс наверняка отдала бы победу моему сопернику. А вот мячик для медицинбола прочно врезался в мою память с первого раза. Но хорошо, что в память. А не в нос, как одному мальчику, который не вовремя задумался о чем-то, на его взгляд, более важном, чем летящий ему в лицо этот, с виду практически невесомый, снаряд. Результат - сломанный нос. Есть ли что-нибудь менее удивительное в нашем (это я уже под своего чешу) виде спорта? Как говорится: шел, упал, очнулся - бокс! Вот все, что я помню. Что я чувствую В школьные годы чудесные, когда доступ к официальной работе, и, что значительно более важно, к официальной зарплате, был перекрыт боящимися здоровой конкуренции взрослыми, а честно заработанных денег зачем то уже очень сильно хотелось, понесла меня нелегкая на местную базу ОРСа, как единственную гавань юношеского калыма. Операция называлась "освобождение вагонов от заезжих арбузов". Длилась она все выходные дни, по истечении которых я получил на руки свою первую трудовую зарплату - три бумажки: красный бесстыжий червонец, синюшную запойную пятерку и желторотый рубль. Всего 16 карбованцев. Эти шальные деньги были незамедлительно потрачены на единственно достойную в тот момент покупку - шахматные часы с ручным заводом и двумя кнопочками. Именно благодаря им я в совершенстве научился заводить часы и нажимать кнопочки, что впрочем не сделало меня пунктуальным оператором ядерного чемоданчика. А вспоминаю я об этой истории невероятного обогащения всю последнюю неделю вот по какой причине. Которое уже утро не покидает меня стойкое ощущение, что ночью я разгружал вагоны с арбузами. Наверное это то, что называется - мышечная память. И это как раз все то, что я чувствую. Хотя нет, еще я чувствую, что действительно становлюсь сильнее. Это очень приятное чувство! P.S. А потоптаться дают вот в этом самом ринге. Влечет!