Бои по смешанным правилам
Новости

Федор Емельяненко: Мы должны воспитывать здоровое поколение

Представляем интервью с прославленным российским боцом смешанных единоборств Федором Емельяненко. Общаясь с журналистом  rsport.ru, Федор рассказал о своей работе в Союзе ММА России, тренерской деятельности, проведении свободного времени и других вещах.

— Федор, когда наконец бои ММА снова соберут полный Олимпийский? Нет, ответ мы, конечно, знаем, но все ждут вашего решения…

— Я закончил выступать.

— То есть это исключено и ничто не сможет вас заставить?

— Заставить? Нет.

— Мы просто к тому, что интерес к ММА с вашим уходом резко упал…

— Рано или поздно надо уходить, заканчивать. Сейчас занимаюсь, тренируюсь, стараюсь поддерживать себя в хорошей форме. Конечно, нагрузки уже не те, что были раньше, но тренироваться продолжаю. Я теперь работаю в другом направлении. Нам надо развивать этот вид спорта. Сегодня я стараюсь как можно больше внимания уделять воспитанию молодежи. Мы стараемся через ММА воспитывать сильное и здоровое поколение людей. А совмещать профессиональные бои и эту деятельность будет очень сложно. Я уже объявлял, что закончил. А туда—сюда бегать неправильно. Не стоило тогда и уходить.

— И даже ни единой мысли не возникло за эти два с лишним года?

— Мысли бывают разные (смеется). Но это все искушение.

— Может, стоит тогда заняться тренерской деятельностью? Есть же младший из братьев Емельяненко – Иван. Отслужил в армии…

— У Ивана нет желания быть профессионалом. Он выполнил норматив мастера спорта по рукопашному бою и по боевому самбо, но биться профессионально не захотел. У каждого свой путь. Заставлять человека не будешь. Он добился, чего хотел. Здесь должно быть его желание, стремление тренироваться и выступать.

— В какую сторону деятельности он пошел?

— Работает в сфере охраны. К моей помощи не прибегает. Общаемся, но помощи он не просит и не нуждается в ней.

— 31 декабря традиционно проведете в Японии?

— Ну как традиционно (улыбается)... Прошлый Новый год провели там, в этот тоже нас приглашают посетить турнир, на котором должен биться Сатоси Исии.

— Можно сказать, что Япония для вас уже почти родная страна?

— Не то чтобы родная, но это страна, которая мне близка и знакома.

— Устали от популярности?

— В Японии все это переносится достаточно легко, а вот дома тяжелее. И отказать вроде бы не откажешь, а уделять внимание всем чисто физически не получается.

— Быстро ли вам удалось перестроиться на новый график? Все-таки, когда вы были спортсменом, так много не летали, не было стольких официальных мероприятий, которые нужно было посещать. Сейчас же у вас хватает ситуаций «самолет — день — мероприятие — снова самолет». К тому же, когда вы уходили, желание больше времени проводить с семьей вы называли одной из причин ухода. А получается, что ни тогда вас семья ни видела, ни сейчас.

— Сейчас, конечно же, с семьей я провожу гораздо больше времени. Иногда удается взять их с собой на мероприятия. Но, откровенно говоря, переходить с графика профессионального спортсмена на нынешний было сложновато. Раньше я жил по четкому режиму: подъем, прием пищи, тренировки, отдых, опять тренировки. Было все по слаженному графику. Сейчас приходится заниматься урывками, много летать, кушать не в то время и так далее.

— На физической форме не сказывается?

— Стараюсь поддерживать (улыбается). Пока удается бороться со своим животом.

— Спарринги же проводите ради тренировок?

— Обязательно.

— Спарринги – понятно, мастер-классы – тоже. А где, уйдя с профессионального ринга, вы находите тот адреналин, который вырабатывался во время поединков? Ну не на улице же хулиганов бьете?

— Я, наверное, адреналин не искал никогда (смеется). Знаете, соревнования всегда проходят, я часто их посещаю. Переживаешь же не только за себя. Если сам не выступаешь, то поддерживаешь кого—то. Вот сейчас я только сюда (в Пекин) приехал из Японии с чемпионата мира по самбо. Всех ребят нашей сборной я давно знаю. Плюс на этом турнире выступало трое белгородцев, все они из Старого Оскола, которые выросли на моих глазах. За них я сейчас перенервничал так, что адреналина выплеснул очень много. У меня жена говорит: «Я удивляюсь, видела, как ты выступал, но ты не волновался так, как сейчас переживаешь за ребят».

— Вот сейчас вспоминаем ваши бои, и приходит в голову мысль, что вы в принципе не очень—то эмоции показывали. Никаких криков на ринге, беготни. Выиграл — сделал свою работу, пошел готовиться к следующему бою.

— Мы, русские люди, не такие, как американцы или еще кто-то. Я думаю, что свою публику надо завоевывать не скаканиями и какими—то высказываниями, а мастерством. Вышел, отработал, поклонился, ушел дальше работать.

— Назовите тройку бойцов ММА, за которыми лично вам сейчас наблюдать интереснее всего.

— Знаете, я не буду брать профессионалов. Мне сейчас очень интересны любители. Профессионалы все просчитывают, на сегодняшний день их не так интересно смотреть. У нас профи сейчас бьются по принципу «победить любой ценой». Не стараются победить красиво, улучшить свое мастерство, а стараются «отползать», удержать свое доминирующее положение, потихонечку набрать очки. У многих профессионалов встречается такая вот ошибка. У ребят—любителей четыре—пять боев в течение двух дней. Они знают, что нужно победить как можно быстрее, чтобы восстановить свои силы. Они выходят и отрабатывают. Плюс, в отличие от профессионалов, любители бьются не три раунда по пять минут, а два по пять. За эти два по пять он должен выложиться, победить, желательно досрочно. Они выходят и бьются от начала и до конца, как заведенные. Мне их интересно смотреть. Интересно смотреть, как они переходят в профи. У них манера ведения боя уже совершенно другая.

— Раз уж заговорили о любительском ММА. Вы уже два года возглавляете Союз ММА России. За это время вид спорта был признан министерством, проходят различные турниры – от чемпионата России до чемпионата мира. Насколько вы довольны развитием вида спорта в принципе, тем, что было вами сделано за два года, которые вы возглавляете союз?

— Доволен, даже очень. Как и работой, которой я занимаюсь в министерстве спорта (Емельяненко занимает должность советника министра) и в самом союзе. Наш коллектив в Союзе ММА проделал огромную работу, в том числе наши представители в регионах. Сильно продвинулись вперед. Заметны результаты работы в регионах, видна проделанная работа с судейским коллективом, деятельность по продвижению нашего вида спорта. Количество желающих заниматься только увеличивается. Прошел Кубок России в Мытищах, и посмотреть на бои любителей пришли шесть тысяч зрителей.

— Шесть тысяч?

— Да, мы собрали Ледовый дворец в Мытищах. Причем обращаю еще раз внимание, что речь идет о любителях, а не о профессионалах.

— Какую основную цель перед собой ставите?

— Конечно, воспитательную. Я уже говорил о том, что, прежде всего, мы должны воспитывать здоровое и высоконравственное поколение. Наряду с этим нам надо дать ребятам путевку в жизнь. Они могут выступать как по любителям, так и со временем переходить в профессионалы. Парень, приходя к нам и не проведя ни одного профессионального боя, пройдя определенный путь, начинает с городских соревнований. Потом областные турниры, потом соревнования федеральных округов. Потом чемпионат России. Затем он может выступать на Европе, на мире. До того как человек перейдет в профи, за год он может проводить по 12 или 15 боев. Мастерство спортсмена постоянно растет, повышается уровень его соперников. После этой подготовки в профессионалы он перейдет состоявшимся спортсменом, с титулами. А может остаться в любителях. Есть ребята, которые не спешат переходить в профи. Им нравится соревноваться в таком режиме.

— Каждый вид спорта мечтает со временем попасть в программу Олимпийских игр. Насколько это реально для ММА, пусть и в отдаленной перспективе?

— Думаю, в отдаленной перспективе – да. Но для этого нужно время.

— Сейчас МОК собирается делать определенные уступки тем, кто проводит домашнюю Олимпиаду. Развивается новая стратегия, и если у страны—хозяйки есть вид спорта, который крайне популярен в стране, но не входит в олимпийскую программу, они могут разрешить его проведение в рамках Игр. Может быть, нам тогда нужно подать заявку на летние Олимпийские игры, а затем попробовать продвинуть ММА?

— Мысль хорошая, интересная (улыбается).

— Кстати, на Олимпийских играх в Сочи вам удалось побывать?

— К сожалению, нет.

— По телевизору смотрели?

— Конечно! Обязательно!

— Какие у вас остались впечатления? Особенно в контексте того, что было много разговоров о том, что у России не получится провести Игры, а в итоге вышло так, что даже самым рьяным критикам было нечего сказать, потому что не к чему было придраться?

— Было много негатива перед Играми. Кстати, сейчас постоянный поиск негатива – большая беда наших людей. Все время находятся недовольные даже самыми положительными вещами, которые пытаются сформировать аналогичное мнение у других людей. Я очень рад тому, как прошла Олимпиада. Россия ее провела на самом высоком уровне. Даже японцы, побывав на Олимпиаде в Сочи, сильно озадачены тем, чтобы провести Олимпийские игры в Токио в 2020 году хотя бы на таком же уровне. Начиная от спортивных объектов, заканчивая работой волонтеров. Я только оттуда, поэтому знаю. Они постараются сделать хотя бы что—то подобное. Но самое радостное впечатление от Игр в Сочи – результат сборной России, что мы заняли первое общекомандное место.

— Чья победа вам больше всего запомнилась?

— Сложно кого—то отдельно отмечать. Но, пожалуй, наши бобслеисты. Два золота. Особенно учитывая то, сколько лет Александр Зубков шел к этому золоту, у него двадцатилетний опыт в этом виде. Алексей Воевода, молодежь. Все молодцы. Не могу не вспомнить наших фигуристов, лыжников. Это было очень красиво – поставленный в конце Олимпийских игр восклицательный знак. Да всех хочется отметить! Кого не отметить? Ну и, конечно, наши паралимпийцы. Там в каждой победе – дух. Я в свое время тренировался на базе в Кисловодске с паралимпийцами—легкоатлетами. Мы общались с ребятами, подружились. Я поражаюсь мужеству этих людей, стремлению преодолевать себя.

— Говоря о воспитании молодых спортсменов: насколько непросто объяснить молодому человеку, у которого кипит кровь, где ему можно применять свою силу, а где нельзя?

— Лучше всего такие вещи объяснять и прививать это понимание с самого детства. Каждый тренер, который преподает единоборства, должен, прежде всего, объяснить, что молодой человек или ребенок не должен применять свои знания, полученные в зале, на окружающих. Только в самых критических ситуациях, которых лучше стараться избежать. Я всегда свои семинары начинаю с того, что говорю о том, что применять свою силу на улице не надо. Мы занимаемся не для этого. Молодежь слышит это, понимает. Посмотрите на наших ребят: Кавказ, Москва. Сибирь, остальные регионы. Все очень уважительно относятся друг к другу. Сейчас прошел чемпионат России. У нас там был всего один неприятный инцидент, да и тот был вызван провокацией из зала.

— Спорт, и ММА в частности, может повлиять на подростка, возможно, за счет вашего авторитета, и дать ему тот кусок воспитания, который ему не дали дома? Это возможно?

— Конечно, возможно. Я еще раз повторю, что это работа тренера и людей, которые уже состоялись и являются авторитетом для молодежи. Я постоянно говорю, что бывают периоды в жизни, когда тренер становится большим авторитетом, чем родители. Здесь тренер должен доносить правильное отношение к жизни, правильное отношение к родителям. На самом деле спортсменов, с которыми случаются негативные инциденты на улице, очень мало. Спортсмен – уже нерядовой человек. По большому счету подобных проблем в жизни больше бывает с обычными людьми. Спортсмен, придя в зал, начинает отдавать лишнюю энергию, лишний негатив, которые в теории могут выплеснуться в стычки на улицах, в употребление алкоголя и наркотиков. В зале мы в том числе воспитываем уважение к тренеру, к старшим, одноклубникам, учим поддерживать коллектив. Прививаем любовь к своей спортивной школе, откуда вытекает любовь к своему городу, области, к стране, воспитываем патриотизм. Мы стараемся открыть все лучшие качества в человеке. А самое главное – дисциплина. Любой спортсмен уже с самого юного возраста должен начинать все рассчитывать, вплоть до режима дня. Во сколько ему нужно встать, покушать, чтобы хорошо себя чувствовать на тренировке, во сколько потренироваться, сколько времени провести со сверстниками, во сколько отбой. Уже с юных лет спортсмен начинает жить по такому расписанию, привыкать к дисциплине.

— Вы, кстати, когда-нибудь дрались на улице?

— Нет, не приходилось. Если это и было, то как раз до того, как серьезно занялся спортом.

— Что служило поводом для этих драк?

— Причины разные были. В школе все, наверное, дрались. И у меня случалось. Парни находились в процессе становления, все в начальных классах пытались выяснить, кто сильнее. Я год позанимался в спортивной секции, а потом у нас в школе сформировали спортивный класс. После этого никто ни на что особо не претендовал, потому что можно было выйти на ковер и все доказать. При этом у нас был дружный коллектив. Друг за друга мы стояли.

— Получается, что в теории кто—то может сейчас сказать, что победил Федора Емельяненко?

— Не думаю (смеется). Мы тут встречались с одноклассниками, вспоминали. Каждый доказывает, что как раз это был он (улыбается).

— Давайте представим ситуацию, что Федор Емельяненко – режиссер фильма о Федоре Емельяненко. Кого вы выберете на главную роль?

— Никого (смеется). Я вообще прошу такого не снимать.

— Теоретически же все возможно?

— Я бы не хотел, чтобы обо мне снимали кино.

— На протяжении 10 лет вы оставались непобежденным как раз в Прайде. Насколько тяжело было психологически? Когда все в каждом следующем бою ждут вашей ошибки, ждут поражения. А вы побеждаете и побеждаете.

— Если честно, я не думал об этом. Как говорится, если знать, где упасть, соломки бы подстелить. Я не думал о победной серии. Я старался к каждому бою подходить, как к единственному, как к последнему. Это видели и мои тренеры, и ребята, с которыми я работал. Они все могут рассказать, как мы тренировались. Мы не думали о победах, а пахали, отдавая все свои силы – как физические, так и психологические. Слава богу, побеждали и побеждали.

— Ваши бои видели и продолжают смотреть в записи огромное количество человек. Вас прекрасно знают как легендарного бойца ММА. А вот как человека, как мужа, отца, вас практически никто не знает. Вот, например, когда вы последний раз надевали костюм Деда Мороза?

— Никогда (смеется). Ни разу такого не было. И мысли даже такой не было. Не доводилось.

— Вы говорили, что Рождество для вас более значимый праздник, чем Новый год. Как вы его проводите?

— В храме. У нас в приходе поет православный хор. Вместе с семьей идем на службу. Последний раз мы были в отъезде, а так во все церковные праздники мы ходим в храм, а потом дома радуемся и празднуем. Как правило, принимаем гостей.

— Сами готовите?

— Нет.

— Даже шашлык?

— Я как-то больше люблю составлять компанию. Участвовать в процессе, но не отвечать за него (смеется).

— Ёлку дома ставите настоящую или искусственную?

— Всегда ставили настоящую.

— Как дети относятся к празднику и ёлке?

— Радуются. А как они еще могут относиться к празднику?

— Подарки сами выбираете или доверяете супруге?

— И так, и так. В основном стараемся все делать вместе.

— Когда вы в последний раз, просто лежа на диване, смотрели телевизор и ни о чем не думали?

— Стараюсь проводить время с пользой.

— И не смотреть телевизор?

— Нет, телевизор смотрю, но стараюсь просто так на диване не лежать, чтобы не превратиться в тюленя (улыбается). Новости смотрю обязательно, фильмы смотрим всей семьей. Но я подхожу к этому очень выборочно. Работа телевизора просто фоном – это не для меня.

— Какой фильм из последних произвел на вас наибольшее впечатление?

— На меня огромное впечатление произвела серия исторических фильмов о Великой Отечественной войне, их 15 или 16. Неизвестная война, по—моему. Иностранцы снимали у нас, собирали информацию. Брали битву за Москву, Сталинград, как освобождали Европу. Мне кажется, такой фильм нужно ставить в прайм—тайм, чтобы люди не забывали свою историю, и не было того, что сейчас происходит на Украине. Чтобы люди помнили, какой ценой далась эта победа, какие жертвы были принесены, как весь мир поднялся на борьбу с фашизмом. Из художественных мне очень понравился фильм о Валерии Харламове Легенда №17. Очень интересный фильм.

— Сердцем вы в Старом Осколе, Петербурге или Москве? Где родной город Федора Емельяненко?

— В России, наверное. Я приезжаю в любой город нашей страны и везде себя чувствую очень хорошо, просто замечательно. Но малой родиной для меня всегда останется Старый Оскол. Потому что у меня там мама, сестра, родные, друзья. В Москве у меня друзья и работа. Здесь много святых, исторических мест. Москва — тоже святой город.

— Вы смотрите достаточно много боев. Есть ли сейчас человек, который в перспективе, как и вы, сможет оставаться непобежденным на протяжении 10 лет?

— Ох, такие вопросы… Все зависит от того, насколько этот боец будет серьезно относиться к своему делу.

— Если вы увидите такого человека и поймете, что у него есть потенциал, не возникнет желания стать тренером и вести этого бойца? К тренерской карьере как вообще относитесь?

— Хорошо отношусь. Я даже немножко работал тренером. Даже сейчас, проводя мастер—классы, семинары, я стараюсь донести до ребят и тренеров технические аспекты. Показываю видео, чтобы они потом могли поработать над этим. Не просто, чтобы у людей в одно ухо влетело, а в другое вылетело. Именно так поступал я в свое время. Если где—то что—то увидел, то пытался это пропустить через себя, доработать.

— Свои бои пересматриваете?

— Когда выступал – обязательно пересматривал, чтобы сделать работу над ошибками. Сейчас? А что их смотреть?

— Например, показывать молодым. Какой бой Федора Емельяненко стоит смотреть в первую очередь? Какой бой вы считаете лучшим в карьере?

— Каждый бой по-своему интересен. Я старался не просто лежать, отрабатывать, отбывать номер. Я всегда применял свои знания, видел момент и использовал его. Отрабатывал технику так, чтобы, когда появлялся момент, мог его использовать. Многие ребята сейчас боятся лишний раз что-то сделать, реализовать наработки. Риска быть не должно. Нужно быть уверенным в том, что ты спокойно сделаешь то, что нужно. Вот и все. Бои… Я иногда думаю — ни в коем случае не в похвалу себе, больше в адрес моей команды и тренеров — что все получалось как-то грамотно. Я удовлетворен тем, что делал на ринге.

— Мы от вас не отстанем. После какого боя вы могли действительно сказать: «Я сделал все как нужно, это был идеальный бой»?

— Наверное, знаковые мои бои. Это бой против Антонио Ногейры бой за титул. И бой против Мирко «Крокопа». Они были признанными мировыми бойцами в то время. Антонио был чемпионом Прайда. Мирко тогда был чемпионом К1, по пальцам можно было пересчитать, кому он тогда проигрывал. Мне удалось вместе с тренерами поставить ударную технику, и мы победили.

— Мы с вами уже говорили о том, что вы почти не проявляли эмоций на ринге. И все-таки. Какой бой получился для вас самым эмоциональным в карьере? Ваш последний бой в карьере, который прошел в Питере, стоит у вас особняком? Переполненный Ледовый дворец, ваша семья рядом, президент России…

— (пауза) Эмоционально я всегда радовался. Только в душе (улыбается). Любая победа – радость. Это труд, который удался, он реализовался. Я всегда радовался, правда.