0
2 | Июль | 2005 12:54

Роман Кармазин: «Моя мечта — стать чемпионом мира» (интервью от 7.04.2005)

В рейтинге IBF от 29 мая 2005 года российский боксер Роман Кармазин занимает первое место, на которое он переместился в результате победы над двукратным чемпионом мира Китом Холмсом (этот бой будет показан российским «Первым каналом» в воскресенье, 3 июля). А уже 14 июля Роман будет сражаться за пояс чемпиона мира с Касимом Оумой, боксером из Уганды.

Роман Кармазин и Сергей Балтажи (фото Наталии Казановой)
Роман Кармазин и Сергей Балтажи

2 апреля Кармазин буквально вырвал победу в отборочном поединке по версии IBF у двукратного чемпиона мира Кита Холмса. И хотя Роман был в Москве всего пару дней, нам удалось встретиться с ним, обсудить прошедший бой, а также узнать его планы на будущее.

На встречу Роман пришел в темных очках, скрывающих уже сходящие синяки. Непросто дался ему этот бой, очень непросто. На лбу — рассечение, на плече — синевато-черная гематома, велико подозрение, что имеет место быть и перелом челюсти. Я ужаснулась, а сам Роман среагировал весьма спокойно. Мне показалось, что все эти «профессиональные издержки» мало его заботят.

- Да сейчас уже практически все сошло. У меня челюсть может даже подломанная. Никак не сходит, видишь? Пару дней назад я был еще краше. Он в основном меня головой бил, и вся эта «красота» — от ударов головой. Я все ждал, когда ему замечание судья сделает, ан нет…. А вы думаете что, победа просто так дается?

- А медицинская страховка, кстати, что предусматривает?
- Рассечения…, в случае моей смерти семье обещали выплату в размере 60 тысяч долларов. Ведь все может быть. Хотя это редко бывает и, как правило, из-за того, что люди иногда выходят не подготовленные. Просто денег хотят заработать.

- Роман, хотелось бы узнать подробности прошедшего боя.
- Кит Холмс опытный соперник, двукратный чемпион мира, (а ведь просто так чемпионами не становятся), и одолеть его было очень тяжело. По ходу боя мне приходилось трижды менять технику, и все-таки я нашел идеальный вариант, просто времени не хватило его добить.

- Неудобный противник?
- Очень неудобный: высокий (187 см), длиннорукий, плюс левша. Да еще он работал в моей манере, то есть любит тянуть противника на себя. Обычно я работаю «лжепервым» номером, то есть вроде как наступаю, но делаю все назад, заставляю противника брать инициативу на себя. Кит высокий, «сидит» на задней ноге и к нему подобраться очень тяжело. Поначалу он меня начал просто съедать, и пришлось быстро менять тактику боя.

- Если оценивать результаты судейства, то сразу возникает ряд вопросов. Оценки судей были весьма своеобразны: 114-114, 115-113, 116-112.
- Судейство было очень странным. В четвертом раунде был нокдаун, но рефери по какой-то причине не открыл счет. Судья, который дал ничью, вообще не отходил от компании Кита Холмса, и у меня большие подозрения в том, что это их друг. Как его допустили до судейства — не знаю. Поэтому когда закончился 12 раунд, и все начали меня поздравлять с победой, я сказал: «Подождите, вот руку поднимут, тогда и будем радоваться». Я был весь в сомнениях, потому что думал, что все работали на Холмса. Конечно в чужой стране, на чужой территории самой убедительной победой является нокаут. Когда твой противник лежит в углу, судьям будет сложно отдать ему победу.

- Как проходила подготовка к бою с Холмсом?
- Я готовился к бою с очень хорошим боксером. Моим спарринг-партнером был Родни Джонс. (#7 в рейтинге журнала The Ring, #4 WBO, #7 WBC, #11 WBA — прим. автора). Он такой же высокий, а найти партнера на 10 сантиментов выше меня, именно в моем весе, сложно. Но Родни поставил условие: у него трое детей, и он отказался ехать ко мне в Лос-Анджелес. Мне пришлось ехать 700 километров и там жить. Дорога, гостиница, питание и оплата за спарринг — все это дополнительные издержки на подготовку к бою. Но подготовился я хорошо, в этом плане мне очень повезло.

- Вы работали спарринг-партнером у Джеймса Тони, поделитесь своими впечатлениями?
- Мне нужно было в первую очередь проверить себя. Это настоящие чемпионы, их боготворят, и мне было просто интересно, а смогу ли я? Смог, нормально.

- А были сомнения?
- Знаете, хочется пожелать вам, братьям журналистам, чтобы вы нашего брата, наших российских боксеров, не унижали и не обесценивали. Так обидно, когда боксирует наш русский боец, и его наши же журналисты грязью обливают. Да, мы другие, мы немного отличаемся от других боксеров, иначе деремся. Но это не значит, что мы хуже них. Если бы я не встретился на ринге со многими звездами бокса, если бы не узнал, на что я способен, я бы не поверил в себя. Наши журналисты любят тыкать: «Ты — не Де Ла Хойя… хороший конечно, но тебе до него ох как далеко. Еще расти и расти…». Такая оценка откладывается на подсознание, и ты живешь с мыслью, что ты — никто. А сейчас мне все равно с кем драться. Выиграю или проиграю — другой вопрос. Выигрывает обычно тот, кто лучше подготовлен. Но я знаю, что я выхожу не с целью простоять 12 раундов, продержаться и не упасть. Я выхожу с желанием победы. Хотя в 2000 году перед боем с Де Ла Хойей я думал: «Только бы не упасть!» Но бой был отменен. Представляешь, он заявил, что у него сломана правая рука, а лангет был на левой.

- Бой его в финансовом отношении не устраивал?
- Скорее всего. Кто захочет рисковать за такую мизерную сумму? Я для Оскара был темной лошадкой, зачем рисковать за какие-то четыре с половиной миллиона?

- Наверно польза от спаррингов с серьезными боксерами еще и в том, что можно перенять какие-то приемы, технику?
- Чему-то, конечно, можно научиться, но мой покойный тренер дал мне очень хорошую базу. Игорь Михайлович Лебедев был просто уникальным тренером, я даже слов не могу подобрать. Он такую базу дал, что на этой базе я этот бой сам вытянул. В углу мне даже ничего подсказать не могли, я сам тянул этот бой. В углу вообще творилось что-то невообразимое, даже капу забывали вынуть. Когда Михалыч был жив, все бои выигрывал он. Всегда говорил: «Будешь меня слушать, и мы выиграем». Я всегда слушал только своего тренера. Царство ему Небесное! Он в январе умер, а я в это время был в Америке и даже похоронить его не смог…. Уникальный тренер!

- Этот бой можно считать хорошей подготовкой к следующему бою за титул чемпиона мира? Ведь следующий Ваш противник Касим Оума тоже левша?
- Да, левша, но Касим ниже ростом. Хотя у Оумы другое преимущество — он хорошо держит удар (там, по-моему, вообще голова железная) и очень выносливый. Касим каждый день бегает по 10 километров. Но тактически его проще просчитать, он — бывший солдат, и по солдатской закалке у него все очень прямо, поведение легко вычисляется. Вообще, мне кажется, что предстоящий бой будет легче, чем бой с Холмсом. Но это мое мнение, а там посмотрим.

- Говорят, что Вас нужно останавливать, потому что Вы тренируетесь как одержимый?
- Да, меня действительно нужно останавливать. Мы ведь все разные и золотая середина редко бывает. Кого-то нужно пинками подгонять, другого ругать, третьего — лишний раз похвалить, по голове погладить. А меня нужно тормозить. У меня были проблемы с перетренировками, а ведь перетренировки еще хуже. Выходишь и ничего не соображаешь, страшное состояние.

- А как Вы к Кингу попали?
- Да один человечек меня затащил. Кинг заплатил за то, чтобы мне говорили разные ласковые слова, а я и поверил. Когда контракт подписали, выяснилось, что не все так радужно, а деваться уже некуда. Спорить с Кингом все равно, что закрыть себе карьеру добровольно. Кинг — царь и Бог. Захочет, сделает тебя богатым человеком. Не захочет — уничтожит. Можно, конечно, уехать в Россию и боксировать здесь, но ты становишься невыездным. В Европу тебе уже дорога закрыта.

- После этого боя можно ожидать какие-то изменения в контракте?
- Кинг, наконец, увидел во мне бойца, и теперь, конечно, контракт изменится. Если честно, то он на мою победу не рассчитывал. Холмс ведь тоже из его «конюшни», и ему было бы лучше, чтобы победил именно Холмс, он бы на нем больше заработал. Кинг говорит, что он вообще себе в убыток сработал.

- Сложно было пробить этот бой?
- Кинг меня просто довел, я был очень зол. Я падал в рейтинге, уходило мое золотое время. Я не пью, не курю, но сколько мне отведено времени я не знаю. Мне ведь уже 32 года. Кинг набрал много хороших ребят, ему хочется охватить все, а не получается. Мой бой он хотел перенести на май месяц в Нью-Йорк, но я сказал: «Нет, до мая не доживу. Вы как хотите, а я итак уже полгода жду. Либо боксирую, либо разрываем контракт». В апреле год заканчивается, а у меня всего один бой. Видимо Кинг испугался, ведь я мог и соскочить.

- Как реагировала публика?
- Как ни странно, меня хорошо приняли. В Бостоне много белых, и они болели за меня. После победы подходили, поздравляли, руку жали, автографы брали. Я не ожидал, если честно. На поддержку в чужой стране я никак не рассчитывал, и это внимание было очень приятным.

- Мы часто слышим о том, что тренер и менеджеры просят не вырубать противника в первых раундах. Правда ли это?
- Да дело не в менеджерах, прежде всего телевидение тупорылое условие ставит. Ну не покупается бой, если он меньше трех раундов. Полный бред! Представляете, я вышел, и, допустим, могу закончить бой в третьем раунде, но нельзя. А ведь если я его не вырублю, соперник не будет жалеть меня, он может закончить этот бой. Так что условия ставят именно телевизионщики, мы в результате получаем указание: «Тяни дольше…». Но если ты видишь возможность отправить противника в нокаут в первом раунде, без сомнения нужно нокаутировать, иначе нокаутируют тебя. Такова жизнь!

- Жена Наталья присутствовала на боях?
- Да, она приезжала ко мне на бой и намучалась, конечно, бедняжка. Прилетела первого вечером, второго — бой, после боя на пресс-конференцию, которая закончилась в три часа ночи. После «прессухи» кушать пошли, есть страшно хотелось. В шесть тридцать за нами автобус приехал, и нас повезли в Бостон. Оттуда на самолет — и в Нью-Йорк. В Нью-Йорке Наталья говорит: «Как это так, быть в Нью-Йорке и даже не побывать на Манхеттене?» Не спали вообще, а я еще после боя разбитый весь, синий полностью. В Нью-Йорке я еще и за рулем был, пока не взмолился — устал очень. А на следующий день мы уже улетали. Для Натальи это вообще была сумасшедшая поездка, она даже толком и посмотреть ничего не смогла.

- Как сын отнесся к подаренному попугаю?
- Вы имеете в виду настоящего попугая? Так я не смог его вывезти оттуда, проблемы большие были. Так! Утечка информации какая-то…. А откуда Вы знаете?

- Извините, журналистская тайна. Информаторов у нас сдавать не принято.
- Блин, я прям растерялся…. Да, был живой попугай. Практически купил за штуку баксов. А потом выяснилось, что нужно справки, прививки какие-то, таможня. Он мне встал бы в такие деньги — дешевле здесь купить этого несчастного попугая. Так что мне пришлось обойтись игрушечным говорящим попугаем. Говоришь, а он повторяет.

Мы проговорили без малого два часа, но тут за Романом заехал друг, и они поехали в зал на тренировку. На прощание я пожелала Роману чистого судейства, удачи и победы. Мечта Романа Кармазина стать чемпионом мира, и я искренне желаю ему исполнения этой мечты.

Наталия Казанова
(фото автора)

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»

Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
b4a8f662eb47b5d8
закрыть