Окончание статьи журналиста Sports Illustrated Криса Мэнникса под названием Arum, one of boxing's most powerful promoters, still hustling, посвященной знаменитому американскому промоутеру Бобу Аруму.

Первая часть.

Вторая часть

В 1976 году Герберт Мохаммед пришел к Аруму с предложением. Группа японских бизнесменов хотела заплатить Али 6 миллионов долларов за бой с Антонио Иноки, легендарным рестлером, который врямя от времени участвовал в боях без правил в Японии. Сначала Арум отнесся к этому с неохотой. Али уже планировал защиту Али своего титула в бою против Кена Нортона в этом году. Но 6 миллионов — это 6 миллионов, и Арум позвонил Винсу Макмену-старшему, который предложил сценарий боя. (Фото: Gabriel Bouys/AFP/)

«По замыслу Винса, Али должен был выйти и изображать, что бьет Иноки, — рассказал Арум. — Сейчас рестлеры используют бритвы, чтобы порезать себя. И Иноки должен был порезать себя, чтобы кровь хлестала по всему рингу. Затем Али должен был повернуться к рефери и сказать: «Эй, пожалуйста, остановите бой». Затем Иноки запрыгнул бы на спину Али и придавил его к земле. Али бы встал и сказал, что это было как Перл Харбор, после чего все пошли бы домой. Итак Али вылетел в Японию. Там он встретился с Роном Холмсом, американским посредником Иноки. И Холмс думал, что этот сценарий похож на правду».

«Итак я вылетел туда, и я, Ферди [Пачеко, врач Али], Анджело [Данди, его тренер] и Герберт встретились с этими японскими промоутерами. Я сказал: «Нам надо разобраться, как мы все это сделаем». После примерно 20 минут обсуждения основных правил, эти японцы стали выходить из себя. Они начали грозиться тем, что Иноки переломает Али все ноги, что Али не сможет встретиться с Нортоном. Затем они захотели, чтобы мы подписали соглашение о том, что победитель получает все. Когда мы вышли оттуда, мы не имели ни малейшего представления о том, как будет идти бой. Но мы должны были его провести. Мы продали билеты на транляцию боя на Shea Stadium, вместе с боем между Чаком Вепнером и Андре «Гигантом». На кону были большие суммы».

«Звучит гонг, и в первом раунде Иноки выходит, падает на задницу и начинает пинать Али по ногам. Я думаю, хорошо, это интересно. Может он пытается его обмануть. Второй раунд — та же херня. К четвертому раунду Али орал: «Ублюдок, вставай и дерись». Но Иноки пинал Али по ногам, и они начали кровоточить. В конце концов Иноки поднялся, и Али размахнулся, но не попал. Однако Иноки завалился в канаты, будто пропустил удар. После 15-ти раундов рефери объявил ничью. У Али воспалились ноги, и мы едва не отменили бой с Нортоном».

Играя в покер с Томми Хирнсом нельзя было блефовать. Он играл в покер так же как дрался, без всяких задних мыслей. Мы летели на самолете во время промотура боя с Марвином Хаглером, и я, когда у меня не было хороших карт, пошел на блеф. И Хирнс спасовал. Я был настолько рад, что показал ему, что у меня ничего нет. Он так разозлился, что молчал во время следующей встречи с прессой. Нам пришлось сказать, что у него ларингит».

Промоутерская деятельность по определению включает в себя переговоры, и мало кто в этом может сравниться с Арумом. Сет Абрахам, глава НВО Sports с 1978 по 2001 годы заключил много контрактов с Арумом, и по его словам, он всегда хорошо высыпался перед очередными переговорами с Арумом. В 1980 году Абрахаму позвонил Арум и предложил бой в полусреднем весе между Вильфредо Бенитесом и Гарольдом Вестоном в Мэдисон Сквер Гардене. Это был хороший бой, и Абрахам быстро подписал контракт. Через несколько недель Абрахам обратил внимание, что пресса никак не отреагировала на этот бой. Будто бы этого боя и не было в планах. Когда Абрахам позвонил в Мэдисон Сквер Гарден, оказалось, что боя нет. «Боб пытался работать в обратном направлении, — пояснил Абрахам. — У него не было контракта ни с одним из боксеров. Он хотел договориться с НВО, чтобы затем сделать предложение боксерам. Я купил иллюзию».

И хотя Абрахам настороженно относился к Аруму: «Однажды он сказал мне, что если он почувствует, что может взять надо мной верх, он обязательно попытается это сделать», он очень высоко ценил способности Арума к ведению переговоров. «Он очень необычный руководитель, — сказал Абрахам. — Он не ограничивает себя рамками. Он мыслит шире, чем просто бокс. Он всегда хочет быть на шаг впереди всех остальных. Я полагаю, что Боб мог бы руководить крупной корпорацией».

Но управление такой корпорацией было бы и близко не столь интересно, как то, что делает Арум. В 1974 году он и Тедди Бреннер, матчмейкер из Мэдисон Сквер Гардена приехали навестить Али и Герберта Мохаммеда в квартире Али в Нью-Йорке. Джерри Квари, которого Али уже дважды побеждал, одержал несколько побед подряд, и Арум и Бреннер хотели узнать, не интересен ли Али третий бой. В ходе обсуждения Бреннер заметил, что Мохаммед ведет себя как то странно. Без предупреждения Бреннер встал и провозгласил: «Дон Кинг, выйди из ванной комнаты». Кинг не вышел, но позднее Мохаммед признал, что Кинг действительно прятался в одной из спален.

Арум и Кинг десятилетиями невыносили друг друга. Арум подавал в суд на Кинга. Кинг подавал в суд на Арума. Арум пытался «увести» Хулио Сезара Чавеса-старшего у Кинга. Кинг преследовал Марвина Хаглера, интересы которого представлял Арум. С чернокожими боксерами Кинг использовал расовый вопрос. В 1983 году Хаглер в Ворчестере дрался с Тони Сибсоном. После боя Арум застал Кинга в пустом коридоре, разговаривающего с матерью Хаглера: «Он продолжал повторять: «Зачем вам этот еврей?». Дон никогда не стеснялся в словах. Я, впрочем, тоже».

Для Кинга Арум никогда не был Арумом. Он был Унылым Бобом. Плантатором Бобом. Апостолом апартеида. По словам Арума, Кинг нанял Эла Шарптона пикетировать его офис в Нью-Йорке. Кинг не потвердил это, но, будучи спрошенным, отрицать не стал. Шарптон: «Боб принимал все на свой счет. Он такой человек, который может решить, что южноафриканцы выпустили Нельсона Манделу из тюрьмы, чтобы сорвать его боксерское шоу». По словам Арума, каждый раз, когда Кингу предъявляли обвинения в неуплате налогов, Джесси Джексон публиковал пресс-релизы о том, «что брату Кингу предъявлены обвинения, почему они не предъявлены Аруму?».

Двум промоутерам было сложно договориться. В 1999 году весь боксерский мир жаждал боя между Де Ла Хойей и Феликсом Тринидадом. Чтобы способствовать достижению договоренности, вице-президент НВО Марк Таффет прилетел в Лас-Вегас для встречи с Арумом и Кингом. Сложность была в том, что оба промоутера отказались разговаривать друг с другом. «Они не смотрели друг на друга, — вспоминает Таффер. — Они смотрели на меня и говорили: «Скажи Бобу это» и «Скажи Дону то». Это продолжалось около получаса. Но когда они наконец преодолели барьер, это было искусство. Они оба были полны идей».

Когда Арум и Кинг достигали соглашения, они отлично дополняли друг друга. Арум хотел заниматься платной трансляцией и распространением прав на зарубежные трансляции. Кинг хотел присутствовать на пресс-конференциях и считать деньги после боя. «Люди могут говорить об Аруме что угодно, но когда ты заключишь с ним сделку, тебе не нужно больше беспокоиться, — сказал Кинг. — Я уважаю его. Люблю его. Он достойный человек. Да, у него сложный характер. Можно задеть его, и он не отступит. Заденешь его, и будь ты президент или папа римский, тебя все равно пошлют куда подальше. Он всегда говорит, что думает. Я восхищаюсь этим».

Действительно, другие конкуренты Арума уважают его промоутерские способности. В 2005 году Арум был сопромоутером боя между Мейвезером и Артуро Гатти вместе с Main Events. Утром, в день первой пресс-конференции глава Main Events Кэти Дува завтракала вместе с Арумом, когда ей позвонил менеджер Гатти Пэт Линч. Гатти не может прийти на пресс-конференцию, сообщил Линч. Он пьян и развлекается с девушкой. Встревоженная Дува вернулась за стол и рассказала об этом.

«Боб сказал: «Вот что мы сделаем, — рассказала Дува. — Мы скажем, что два этих парня так ненавидят друг друга, что мы не можем свести их вместе. Мы проведем две пресс-конференции. Мы проведем два взвешивания». Ему не потребовалось и полминуты, чтобы предложить этот план, и это сделало бой еще привлекательнее. Я очень многому научилась у Боба. С ним нужно быть настороже, но он относится ко мне с уважением. В конце концов проведение шоу с ним — это интересное и творческое занятие».

Уйдет ли Арум на покой? Он выглядит динозавром в том деле, что стремительно становится делом молодых. В то время как промоутеры используют твиттер, Арум вполне удовлетворен электронной почтой. Его состоянии оценивается в сотни миллионов долларов. Его компания находится в хороших руках. Тодд Дюбеф, его приемный сын, взял на себя большую часть ежедневной работы. Просто продажа прав на показ боев из его хранилища дала бы Аруму достаточный доход. Но он по-прежнему не намерен уходить. «Не думаю, что он когда-нибудь уйдет на покой, — сказала его третья жена Лови, на которой он женился в 1991 году. — Ему это очень нравится».

И зачем ему уходить? У него хорошее здоровье. Он единственный раз был в больнице в 1994 году, когда травмировал ахилово сухожилие во время игры в теннис. Потеря сына Джона, погибшего в горах в 2010 году в возрасте 49 лет, потрясла его, но, по как говорит Арум: «Мне не хватает его, но больше это никак на меня не повлияло». (У него есть еще двое детей: Ричард, 49 лет, и Лизабет, 45 лет). У него есть цели. Он хочет увидеть, как его молодые боксеры: Брэндон Риос и Нонито Донэр станут суперзвездами. Он надеется прожить достаточно долго, чтобы увидеть как Пакьяо станет президентом Филиппин. И если бой Пакьяо-Мейвезер состоится, он будет одной из ключевых фигур этого шоу.

«Боб давно пережил вопрос зарабатывания денег, — сказал Сет Абрахам. — Дело уже не в денгах. И не в его послужном списке. Он давно это пережил. Главное — это узнавание нового. Его ум как губка. Такой любознательный ум — это единственный витамин, который ему нужен».

Да карьера самого успешного промоутера в истории бокса будет продолжена, несомненно. После столь многих поединков и историй, с ними связанных, Арум по-прежнему хочет добавить еще несколько в свою коллекцию. 

Яндекс.Метрика
b4a8f662eb47b5d8
закрыть