Вячеслав Борщев о дебюте в UFC, Хабибе и тренировках
0
17 | Январь | 2022 20:18

Вячеслав Борщев о дебюте в UFC, Хабибе и тренировках

Россиянин Вячеслав Борщев рассказал о своих ощущениях после победы в дебютном бою в UFC.

— Поздравляю с победой и с бонусом в 50 тысяч долларов. Кстати, а что важнее?
— Спасибо! Однозначно деньги важнее, но одно без другого не приходит.

— Ты так сказал: «Однозначно деньги». Думал, скажешь: «Однозначно победа».
— Тут все немного по-другому работает. Я же не скрываю: меня в этой ерунде мотивируют только деньги. Еще бы мне в 30 лет полуголым хотелось прыгать и с мужиками обниматься.

— Во время поединка одному из комментаторов показалось, что ты был потрясен после пропущенного удара коленом. Вспомни тот момент.
— Думаю, да. Не то, чтоб потрясен, но чуть-чуть меня повело, ноги как у тараканчика забегали. Второй раз получаю с колена в таком положении. Надо учиться уже.

— Что в тот момент чувствовал?
— Да у меня уже больше 200 боев. Ничего особенного: думал о том, как его побить. Не выключался из боя. Да и много раз бывал в таких положениях непростых. Ничего хорошего нет в этом, но опыт есть опыт. Мне кажется, получилось даже хуже ему: он поверил в себя, и это его подвело — начал больше ударов выбрасывать со всей силы и в борьбе действовать чуть агрессивнее. В итоге сам себя утомил.

— Когда Буш забрался к тебе за спину, это был тревожный момент?
— Можно было так сказать, если бы он закрыл замок. Но я сразу как-то сообразил и не дал ему треугольник сделать. Получилось, правильно сработал — как дядя Юрайя учит. Успел собрать корпус, не отвел коленей от локтей слишком сильно. Плюс я уже говорил, что перед этим боем я первый раз в жизни вот настолько хорошо был готов физически и чувствовал себя таким сильным. В том моменте я поднялся, и он попытался меня подломить и начал делать давление на спину, а я вообще нормально себя чувствовал и просто его стряхнул. Силушек-то хватило.

— «Стряхнул» — слово хорошо подходит для того эпизода.
— Это классический прием. Просто какой-нибудь Оливейра из такого положения мог бы угрожать армбаром. Тут вот какой момент: раз уж обо мне сегодня говорил Махачев, то и я вспомню о нем. Это хороший пример: мы с Юрайей вместе смотрели бой Ислама с Хукером, и помню, что у меня был шок. Я сказал: «Слушай, Юрайя, не могу понять, у Хукера джиу-джитсу никакое? Почему Махачев его так легко уничтожил?» Он говорит: «Помнишь свой бой с Крисом Данканом? У него было до тебя семь нокаутов. Как думаешь, он совсем в стойке никакой? Вряд ли. Но перед тобой он в стойке выглядел глупо. Тут то же самое: у Хукера джиу-джитсу очень неплохое, но по сравнению с Махачевым он никакой». Просто уровень другой. Если равного уровня соперники — борьба получается одна. Если нет — это будет как у Хабиба: настолько сильно он доминировал даже над черными поясами, что они выглядели глупо! И это не потому что у них слабое джиу-джитсу, а потому что Хабиб на уровень выше.

— Ты уже сам упомянул, что Махачев о тебе вспомнил после боя. Как отреагировал на его твит «Борщев борщанул сегодня»?
— Мне было очень приятно, правда, я был немного сконфужен: не понимал, он угорает надо мной, прикалывается или просто вот так вспомнил. Ну да ладно — мне до барабана. В любом случае приятно, что вспоминает. Даже если, может быть, плохо. Он же популярный боец, и приятно, что пост выложил.

— Никогда с ним не пересекались? Ваши американские залы вроде бы не так далеко друг от друга находятся.
— Ну там часа два езды. Ни разу не пересекались. С Хабибом как-то виделся один раз. А Махачева или Зубайру Тухугова не встречал. Они вроде обычно вместе всегда, группой, но тогда видел только Хабиба. Да и слава богу! Они страшные такие — кошмар сплошной!

— Во время боя показалось, что ты временами позволял сопернику сделать в стойке больше, чем можно было. Есть такой момент?
— Вроде нет. Знал, что для него задача номер один — положить меня на пол или умереть. Понимал, что все свои силы он будет направлять на это, потому я чуть-чуть, может, слишком сильно реагировал, чем нужно. Так обычно и бывает, когда ударники с борцами дерутся. Как вот Хабиб в свое время посадил Конора на задницу — примерно тот же смысл.

— Решающая комбинация с левым в печень — домашняя заготовка?
— Не конкретно к этому бою. Я так часто делаю. Смысл в том, что когда ты бьешь правой между рук, то люди сводят руки в середину, и ты бьешь левой в обход локтя. Можно делать наоборот: бьешь за локоть, человек разводит локти назад, а ты вторым пробиваешь внутрь. Тут получилось чуть по-другому: он хотел меня встретить, и, когда я попал ему правой по животу, ему уже было больно. Но он уже на автопилоте выкинул правую и даже попал мне в подбородок, а я не почувствовал — только потом на видео увидел. И, получается, я объединил удары, и второй был силовым. Хотя он почувствовал еще первый.

— Когда попал левым в печень, сразу понял, что на этом все?
— Да, я даже на секунду не хотел добивать. Хотел, чтобы зафиксировали именно нокаут. А потом смотрю: Херб Дин, который обычно встревает раньше времени, тут дает добивать. Подумал: «Блин. Ну ладно, придется добивать».

— В этом и прошлом твоих боях соперникам удавалось тебя перевести. Тебя сильно это заботит?
— Ну, конечно, надо над этим работать. Во-первых, мне еще просто эмэмашного опыта не хватает. Когда я просто борюсь, занимаюсь тупо борьбой, меня намного сложнее перевести на пол. А когда все это вместе — особенно если увлекаешься — то тут сложнее. У меня инстинкты все равно больше заточены на ударку, и люди этим пользуются. Когда смотришь на бойцов одного уровня с одинаковыми скиллами, они обычно делают общего рода работу, и их туда-сюда болтает. Не то, чтобы я себе хочу как-то пуху накинуть, но мои соперники пока все свои силы и свои ресурсы направляют на то, чтобы положить меня на пол. И с их стороны это кажется логичным, потому что я ударник, и они на земле видят легкую победу. Но, думаю, после последнего моего боя они поймут, что я себя нормально на полу чувствую. Просто я не хочу там быть. Меня пока еще переводят, но я учусь, развиваюсь. Два года назад я вообще бороться не мог. Никак! От слова совсем! А сейчас я в UFC получил на своем дебюте бонус вечера. Ну вы меня простите, наверное, я прогрессирую. Причем мне специально дали человека, который значительно превосходит меня в борьбе.

— Когда смотришь на крепких борцов из дивизиона уровня Матеуша Гамрота или Армана Царукяна, думаешь ли ты, что смог бы сделать с ними то же, что с Дакотой Бушем, или это уже будет совсем другая работа?
— Думаю, с каждым соперником будет что-то иное. Тем более если они там очевидно сильнее в борьбе — естественно, на таком уровне будет другая подготовка. Но самое главное, что бонус, который я получил, поможет мне еще один год прожить полноценным бойцом и еще больше сфокусировать усилия на борьбе. Может, наконец-то получится закончить мои документы и съездить в Дагестан или Осетию, чтобы там поднатаскать борьбу. Я готов развиваться. Не буду подходить к бою в заведомо проигрышном состоянии. Сейчас чувствую себя очень сильным, появилось это офигенное ощущение: каждый раз, когда я попадаю по людям, им очень больно — что бы я ни бросил. Изначально я не был нокаутером. Возможно, в начале потенциал и был, но из-за того, что часто ломал и менял технику, постепенно превратился в технаря-темповика. Тем более всегда я дрался в конкурентных категориях, а там особо не повыпендриваешься. Если мои нокауты собрать, то станет понятно, что они все довольно неожиданные. Это не как, например, Джош Эммет: если он приземлит левый сбоку или правый через руку — то ты труп 100 процентов. Но ты редко увидишь от него нокаут по печени или ногой в голову. А у меня все было. Каких только нокаутов и нокдаунов не было — даже очень странных. И если сейчас я объединю это с тем, что я начинаю сильно бить и становлюсь сильнее физически… У-у-у, да я могу вообще быть классным пацаном! Но борьба — это, конечно, очень тяжело. Очень сложный спорт. Вам, ребятам на диване, может, кажется, что вы пойдете и всех заборете — но нет! Борьба — сложная тема.

— Бойцам, которые тренируются в России, чаще всего рекомендуют ехать подтягивать борьбу в Дагестан. Ты живешь в Сакраменто — куда тебе могут посоветовать съездить с этой целью?
— Я нахожусь в том самом месте, где можно подтянуть борьбу. Вокруг меня очень лютые борцухи. Просто многие люди, кто не связан с процессом подготовки и не знает твоей личной ситуации… Ребят, я в такой жопе здесь периодически находился безденежной! Тренировки совмещал со всем подряд. Плюс у меня еще два ребенка: одного отвези на тренировку, второму жопу помой. Жена одна. Люди же этого не знают. А со стороны может показаться, что я тут сижу, как Мэнни Пакьяо: прихожу на тренировку, руки мне разминают, попу мнут, массажи. Нет, я параллельно с тренировками херачил. И работа, и по дому какие-то вещи бытовые — ведь мы с женой одни. Еще и собаку сдуру завели…

Это все очень сложные процессы. А травмы! У меня не было страховки все это время, а это не шутки! Я однажды себе палец в прямом смысле разорвал и не мог тренироваться долго. В этом кэмпе я тоже повреждения получал — два раза себе бровь рассекал. Причем в такие моменты, когда я очень круто набирал форму в борьбе. Буквально после лучших раундов на ровном месте сечки получал. И, опять же, не мог продолжать бороться, приходилось менять нагрузки — бить и качать банки я мог. То есть все время что-то мешало полноценно сесть и борьбой заняться. Вот сейчас, допустим, заработаю достаточно денег, появятся перспективы насчет другого контракта, и тогда можно будет месяц или два потратить на то, чтобы поехать в Дагестан и там кроме борьбы ничего не делать. А пока получается как получается. А вообще размышлять можно сколько угодно, но после боя Юрайя мне сказал дословно, что я показал «High-level grappling». Мне этого достаточно, я его словам верю больше, чем ребятам, которые пишут в комментариях.

— Ты получил бонус в 50 тысяч долларов. Мог бы обозначить, насколько это большая сумма для тебя? Сколько бы пришлось работать за нее при иных обстоятельствах?
— В мой самый сытый год я сделал под 40 тысяч. А тут за одну ночь… Конечно, это достойные деньги. Это то, ради чего я вообще всей этой хренью стал заниматься.

— Ты после боя сказал, что пытаешься получить грин-карту. Насколько этот процесс, по идее, может затянуться?
— Вот планирую связаться с адвокатом и узнаю, сколько мне осталось на рассмотрение первого моего кейса. Если, к примеру, еще полгода, то я ускорю этот кейс. Мне нужно его закончить, а потом сразу могу подавать на грин-карту. Ее тоже можно ускорить будет. Все это обойдется где-то в 10 тысяч долларов.

— Теперь ты можешь легко закрыть этот вопрос?
— Не то, что легко, но это теперь возможно.

— Если открывать твой инстаграм в неделю боя, можно наблюдать, как ты постоянно пританцовываешь. То же самое ты делаешь до и после боя, находясь на арене. Это твой образ жизни?
— Да я вообще танцор! Не боец, а танцор. Просто получаю удовольствие. Иногда людям бывает тяжело на работе, даже на той, которую они когда-то любили — они устают от рутины, стрессуют. Нужно заставлять себя придуриваться, что вам это нравится, даже если это не так. Рано или поздно начнет нравиться. Просто если выбора нет, то лучше получать удовольствие, чем ходить и нудить. Зачем вообще что-то делать, если не получаешь удовольствие? А я получаю. Кайфую от процесса. Если кого-то напрягает, что я танцую — ну извините. Я думаю, что это наоборот — прикольно и весело. Тем более мне это помогает. Попробуй и ты потанцуй, может, тебе тоже поможет!

— Я считаю, это прикольно. Это фишка, часть образа.
— Честно, не пытался создать какой-то образ. Не делаю этого специально, чтобы кому-то понравиться. Просто я вот такой. Вообще максимально пытаюсь быть открытым — особенно с русскоязычной аудиторией. Всю фигню, что есть в голове, стараюсь по возможности выкладывать. Если кто-то обратил внимание, я уже начинаю закрываться, и семью мою уже не увидишь особо в инстаграме. Не ожидал, что эта моя псевдопопулярность — такая сложная штука. Всего 20 тысяч подписчиков, а я уже с ума схожу, не справляюсь. Не понимаю, как люди с миллионами живут.

— В твоем победном танце присядка незаметно перешла в лезгинку. Как это случилось?
— Давно мечтал, что мне зададут этот вопрос, учитывая, что я постоянно что-то танцую. Начнем с того, что я — русский настолько, что более русского не найти. Вот прям русско-русско-русский! И я люблю русские народные танцы. Но мой самый любимый танец — лезгинка. Вот если есть какие-то демоны у меня в душе — они явно пляшут лезгинку. Не знаю почему, но я обожаю лезгинку! Мне кажется, это самый мужской танец в мире. И я сам себе придумал причину. У меня есть друзья в Дагестане, мы переписываемся, и я их ждал на этом турнире. Они должны были приехать, но вышло так, что у них не получилось. Так что я, можно сказать, за них оттанцевал.

Источник: sport24.ru

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»

Комментарии
Читайте также
b4a8f662eb47b5d8
закрыть