«Я лучший в мире и могу добиться чего желаю» — откровенное интервью непобеждённого российского тяжеловеса Алексея Дронова

Непобеждённый российский проспект тяжелого дивизиона Алексей Дронов дал интервью накануне своего одиннадцатого поединка на профессиональном ринге, который состоится 16 мая в Майами (США), где его ожидает 8-раундовое противостояние с Брэндоном Кармэком.  

Алексей, ты переехал в Америку с мечтой, выиграл 10 боёв в тяжёлом весе, практически непобедим. Расскажи, как ты здесь оказался? История нестандартная — почти как из кино, где тренер-наставник находит студента.

— Мне очень повезло с наставниками с детства. Мой отец — чемпион Кубка СССР, мастер спорта. Это огромное преимущество — учиться у такого человека. В олимпийском боксе у меня был большой путь, но олимпийская мечта осталась мечтой из‑за известных моментов. Я стал чемпионом России среди мужчин, выигрывал юношескую Олимпиаду, чемпионат мира среди юниоров, первенство Европы. Набил шишек и опыта, потом перешёл в профи. Благодаря людям, которых встретил, получил предложение — и вот я здесь.

Как Шугар Хилл узнал о тебе? Человек работает с топами, живёт во Флориде — как он нашёл парня из России, не из Москвы?

У меня есть партнёр Джек. Он пришёл в ближайший зал, а там как раз был Шугар. Джек показал ему мои бои. Первые полгода я его не видел — он был в разъездах. Потом у него случился кэмп с Джардом Андерсоном, топ-проспектом. Шугар предложил мне поспарринговать с Джардом. После спарринга он заинтересовался, и мы начали работать.

В чём тренерский дар — увидеть потенциал через 5 лет?

Для меня это загадка. Наверное, это дар преподавателя. То же самое было у отца: он работал с детьми и часто угадывал, кто вырастет боксёром. Думаю, у Шугара это тоже есть. Надеюсь, он не ошибается насчёт меня.

С Шугаром сложно вести диалог?

Сначала я думал, он меня ненавидит. Потом понял, что ему просто безразлично, а потом он стал ко мне приятно относиться (относительно того, как относился раньше). Он своеобразный, очень смешной. Однажды перед моим боем он прибежал за 20 минут — попал в трафик. Я ему написал: «Приедешь заранее?» Он прислал смеющиеся смайлики, а потом фотографию GPS: мой бой уже почти начался. На прошлый бой у него закончилась лицензия — я сам затейпировался, размялся, а когда надевал перчатки, он разобрался с телефоном. Это его фишка.

Бокс — огромный бизнес. Где боксёр может заработать больше и безопаснее всего?

Самые сливки — бои на высоком уровне с большим количеством спонсоров. На начальных этапах это инвестиции: боксёр сам вкладывает в себя, либо те, кто верит в него. Затраты огромные, и всё может окупиться или «спуститься в унитаз». Доля везения здесь как в любом бизнесе.

Ты говорил, что спортсмен должен верить, что он лучший. А если не получится стать чемпионом?

Я отношусь философски. Стараюсь жить одним днём: у меня есть тренировочный план, дела на сегодня. Могу стать чемпионом — могу не стать, могу вообще завтра не проснуться. Мысли позитивно. Если что-то не в моих руках, я приму и буду жить дальше. Я не глупый парень, смогу адаптироваться. До переезда сюда не представлял, как буду жить один, готовить, платить налоги — а всё оказалось не так страшно.

Как справляешься с нервами перед боем?

Когда постоянно практикуешься, стресс становится привычным. Первые спарринги — это всегда стресс для ребёнка, первые соревнования — огромный мандраж. Но благодаря опыту учишься им управлять. Уверенность даёт подготовка: я знаю, что провёл полноценный лагерь, заложил фундамент. Один тренер сказал хорошую фразу: «Всё, что ты можешь сделать — это всё, что ты можешь сделать». Если выложился полностью — отпускаешь и делаешь.

Чувствуешь поддержку от русскоязычных в Америке?

Сразу отвечу: никак я её не чувствую. Кроме тебя, из русскоязычных особо никто не поддерживает. Я живу севернее, в Делрей-Бич, отдельно от зоны, где живут представители СНГ. Люди обо мне, наверное, не знают. Хотелось бы пошуметь, чтобы им стало интересно прийти, посмотреть бой, насладиться. Это будет действительно интересно. Приходите посмотреть на первобытное насилие — люди не могут оторваться.

Ты сравнил бокс с плохой аварией на дороге…

Да, я всегда сравниваю бокс с очень плохой аварией: ты понимаешь, что случилось что‑то плохое, но не можешь отвернуться.

Твой отец — первый тренер. Чему он тебя научил?

Мне повезло с родителями. У отца был свой опыт выступлений, а когда узнал, что у него будет сын, начал тренировать полноценно. Он набил свои шишки как спортсмен и как тренер. Вот история, после которой он решил, что мне пора в зал (мне было лет шесть). Мы сидели в бильярдной, отец играл в карты. Работала там женщина, его знакомая. Зашёл пьяный тип и начал её оскорблять. Мужики молчали. Отец отвлёкся и сделал ему замечание. Тот ответил — очень опрометчиво. В первый раз я увидел, как отец дерётся: просто «флешка» — и человек выключился. Я подбежал и начал пинать того типа. Потом всё перенеслось на улицу, я ещё и шлёпки его перекинул через дорогу. Отец увидел, что я не испугался, стрессоустойчивый, и решил: пора вести в зал. Так началась моя боксёрская карьера — с обосранных штанов того мужика.

Отец не усложнял вещи. Мы каждый день были на детских спаррингах — закладывались реакции, чувство дистанции. Он требовал от меня максимума, не давал привилегий как сыну. Заложил огромную базу. А денег с бокса никогда не брал — практически благотворительностью занимался, особенно в первые 10 лет после развала Союза. Первые деньги с бокса, которые он заработал, — это когда я начал зарабатывать и делился с семьёй.

Тренируясь в Америке, будешь ли выходить с американским флагом?

Я не задумывался об этом. У меня на странице — российский флаг. Написано: «Я из Будённовска, Россия, но моя резиденция здесь». Я люблю обе страны. В России свои плюсы, в США — для тренировок, потому что весь профессиональный бокс здесь, все топы, огромные возможности для спаррингов. Но менять флаг не планирую.

В какой срок видишь себя чемпионом мира в тяжёлом весе?

Это зависит не только от меня, но и от политических и бизнес-моментов — когда продать поединок будет выгодно. В супертяжёлом весе боксёры крепнут позже. Мои амбиции толкают меня к тому, что это случится в течение 2–3 лет. В этом году надеюсь выйти на высокий уровень оппозиции и доказать, что я топ-дог.

Что скажешь тем, кто придёт на твой бой 16 мая в казино?

Я надеюсь, вы придёте насладиться боксом и увидеть хороший нокаут в моём исполнении. Спасибо за поддержку — когда слышишь голоса, это придаёт сил и понимаешь, что ты не один.